Из истории вопроса

В советские времена Адлерский чайсовхоз обладал большими земельными угодьями, держал на своем балансе, как большинство госпредприятий, школы, больницы, аптечные пункты, дороги, общежития, жилой фонд и проч. Но с перестройкой совхоз пришел, как говорится, в упадок, выращивать чай стало невыгодно, городская инфраструктура стала для предприятия тяжким бременем, земельные угодья перестали использоваться по назначению, запустели или заросли. Согласно указау президента от 1990 г. "Об очередных задачах по реализации земельной реформы в целях удовлетворения неотложных потребностей населения в земле" сочинский горисполком принял решение изъять часть совхозных земель – всего 891 га – и раздать людям под личные подсобные хозяйства. На языке закона это называется "произвести актирование земли".
Свои наделы в 1991-93 годах получил Владимир Серебренников в Адлерском районе на ул. Петрозаводской. Ему в собственность была передана большая поляна в 0,556 га, а в аренду на 49 лет в окрест ее земли площадью в 13,8 га, из них около 10 га покрытых водой. На основании земельного законодательства "объекты, находящиеся на земле, следуют судьбе земли". То есть все рукотворные сооружения – будь то дорога или плотина – также переходят в аренду или собственность. За 17 лет владелец земли и пруда превратил своими усилиями полученные угодья в рекреационный комплекс "Серебренное озеро", платил налоги, аренду. Все правоудостоверяющие и правоустанавливающие документы Серебренников собрал своевременно. В то время, вплоть до 1996 г., не было межевания, и документальным основанием служила схема точных границ участков за семью подписями, в том числе директором адлерского чайсовхоза, что он согласен с передачей земли новому владельцу. Каких сил и нервов стоит сейчас собрать документы нового образца в Сочи – не вам, уважаемые читатели, нам рассказывать. Но на этих документах мы подробно останавливались в прошлых публикациях, и желающие могут обратиться к ним на сайт www.bs-sochi.ru.
Конфликт разгорелся год назад с суда. Серебренникову предъявил иск бывший чайсовхоз, а ныне ОАО "Адлерский чай". Он требовал от него устранить препятствия в пользовании имуществом ОАО "Адлерский чай". Своим имуществом они посчитали дорогу, ведущую к озеру, и берегоукрепление, на которые получили права собственности.
– У ОАО "Адлерский чай" сменились хозяева, пришли новые собственники из Москвы. Своих земель им показалось мало. Они поставили цель заполучить не принадлежащую им собственность: озеро, плотину и земли вокруг, – рассказывает Серебренников. – Заполучив плотину и дорогу, им было бы легче прибрать и все остальное. Они получили, как я предполагаю, незаконным путем техпаспорт, не соответствующий общепринятым нормам, и на удивление, зарегистрировали права собственности на дорогу и берегоукрепление, которые находятся в муниципальной собственности. И подали на меня в Адлерский районный суд иск, чтобы я устранил созданные препятствия для пользования их имуществом.
По стечению обстоятельств я не смог принять участия в суде, и, не рассмотрев мои документы досконально и в полном объеме, не изучив их, в течение 40 минут суд вынес заочное решение в пользу "Адлерского чая". Будучи в корне несогласным с решением суда, имея все доказательства на владение дорогой и плотиной, я подал кассационную жалобу в Краснодарский краевой суд. Ее рассмотрели в пользу "Адлерского чая". Тогда я подал надзорную жалобу о передаче дела в президиум краевого суда. Но в этом суд мне отказал 12 февраля. И решение Адлерского суда вступило в силу. 22 февраля судебные приставы приступили к исполнению решения суда и устранению препятствий – сносу сооружений на плотине и дороге.

Снос
– Сносу я не сопротивлялся: раз суд принял такое решение, его надо цивилизованно исполнить, – рассказывает Владимир Серебренников. – Но судебные приставы приступили к сносу, так и не произведя замера участков. Утром 22 февраля я направил письмо в Адлерский районный суд, в котором просил разъяснить размеры и параметры объектов, которые тот признал имуществом ОАО. В документах "Адлерского чая" значатся далеко не все параметры дороги и плотины. Но довольно протяженная дорога по улице Петрозаводской явно вся им не может принадлежать, и до сих пор так и неясно, и суд этого не установил, что считать ее началом, а что концом, где начинается и заканчивается плотина. С судебными приставами и представителем "Адлерского чая" договорились, что сносятся ворота ограждения рекреационной зоны, навесы над плотиной и хозпостройка, убираются вагончики, частично находящиеся на площади плотины, и переносятся катамараны и лодки на мою территорию. Все присутствующие для себя уяснили, что кафе и офисная постройка стоят на моей земле, и их не тронут. В вагончиках жил обслуживающий персонал. Все их имущество было вынесено из вагончиков и перенесено в офис.
Приставы уехали первыми около шести вечера 22 февраля, не дождавшись окончания работ, следом за ними уехал и директор Коховец. Последние рабочие покинули плотину около 10 вечера. Предстоял снос еще одного навеса, его отложили назавтра. Охранять имущество ОАО "Адлерского чая" оставили сотрудника объединения охранных структур "Витязь" Виктора Хомутова. Присмотреть за своими вещами остался управляющий хозяйством "Серебренного озера", директор ООО "Феерия-Владимир" Сергей Рачков.

Погром
Утром 23 февраля на "Серебр
енном озере" журналисты ДС увидели груды развалин на месте кафе и офисной постройки. На скарбе сидела Наталья, много лет прослужившая в Адлерском военкомате:
– Здесь с утра было много милиции. Ходили эксперты, фотографировали, внимательно осматривали. Сейчас уехали писать протоколы. Вот это часть медалей с парадного кителя Владимира Владимировича, – Наталья вытащила медали из-за пазухи. – Он, прослуживший 27 лет, собирался его сегодня надеть. Это уже утром охранник медали собрал, они здесь прямо в грязи на плотине валялись. Сейчас китель где-то там, под обломками.
Владимир Серебренников:
– Примерно в три часа ночи 23 февраля мне позвонил Сергей Рачков. Сказал, что около двух ночи на озеро вернулись работники "Адлерского чая" во главе с директором, уже изрядно подвыпившие. Подогнали трактор, снесли вероломно кафе и офисное строение, все имущество погребено под руинами. Самого Сергея избили, и он вызвал "скорую".
Сергей Рачков:
– Ночью я решил пойти в офис разобрать детские вещи – ведь приставы еще утром всех заставили выселиться из вагончиков, и жена с ребенком в чем были, в том и уехали. Сообщил об этом охраннику "Витязя", но тот решил созвониться с директором "Адлерского чая" и предупредить о моем намерении пройти к своим вещам. Пройдя по своей территории, я собрал вещи, и, решив, что ничего неожиданного в эту глухую дождливую ночь уже здесь не произойдет, поехал на машине к жене и сыну. Но по дороге встретил колонну автомашин и трактор, направляющихся к озеру. Заподозрив недоброе, развернулся и отправился за ними следом. На подъезде к озеру мне перекрыли дорогу. В вышедших из машины я узнал директора ОАО "Адлерский чай" Петра Коховца и его заместителя. Они были прилично выпившими, пошатывались, вели себя вызывающе, выражались нецензурно, сыпали угрозами. Заявляли, что они на своей территории, а мы должны убраться. Я пытался их остановить, заявляя, что они не имеют права без судебных приставов появляться на озере. Но они меня не слушали и стали бить ногами, руками, кулаками, били и головой о машину. Отняли ключи от машины и мобильный, чтобы я никому не звонил. Потом дали мне несколько минут на вынос самого ценного – что успел собрал, но что можно было унести из нажитого за долгое время?
А потом разрушили кафе вместе со всем содержимым: печами, холодильниками, витринами, аппаратурой. Просто наехали трактором и придавили еще сверху. Так же поступили с офисом. Я прошел обследование и получаю лечение у травматолога в дневном стационаре. У меня сейчас болят: нога, голова, грудная клетка, хотя прошло 5 дней. С каждым днем ухудшается зрение.
Из заключения судебно-медицинской экспертизы: "…Повреждения у гр-на Рачкова Е.С. по тяжести оцениваются как повлекшие легкий вред здоровью, по признаку расстройства его на срок до трех недель".

P.S. Когда уже был сверстан номер, 29 февраля в распоряжении редакции оказался акт совершения исполнительных действий и копия постановления об окончании исполнительного производства судебным приставом-исполнителем. На акте содержится заявление Владимира Серебренникова: "С постановлением и актом не согласен. Данными документами, действиями были нарушены мои конституционные права и свободы, "Закон об исполнительном производстве" и "Закон о судебных приставах".